Качели - легко, делай смело рамс, айда послемим;
Проблемы посылались на хуй, и мы смеялись в след им;
Нас разлучила смерть, кто-то сел, кто-то одумался;
Все мы рано повзрослели, попрощавшись с юностью;
Я помню, как толпой встречали рассвет;
Мечтали о том, что, повзрослев, перевернём этот мир и разделим на всех поровну;
Эти улицы заберут твой огонь;
Ей нужен твой огонь, твоя любовь;
Твоя мечта, мечта;
Твоя мечта, да;
Эти улицы заберут твой огонь;
Твой огонь;
Ей нужен твой огонь, твоя любовь;
Твоя мечта, мечта;
Твоя мечта, да;
Эти улицы мой огонь давным-давно уже забрали;
Более того, я сам его спокойно отдал им;
Я вспоминаю свои годы сразу после Китая;
Я понял тогда только, что все вокруг меня летают;
Я каждый день сгорал практически дотла;
Болтался на углах, топтался на углях, охуевал с утра;
С утра;
Зато рядом всегда была старшая братва;
Был наглухо потерян страх, конец девяностых, центр - Москва;
Связь только по домашнему, через пятнадцать минут на Новокузнецкой;
Или потом уже будут спрашивать;
Нам было абсолютно неважно, кто у нас на пути, сколько их там;
Шпана или реально кто-то важный;
Кто-то после автоподставы ждал терпилу в Балашихе;
Кто-то катался по городу забыв о том, что кто-то в багажнике;
Мы отбирали всё абсолютно у тех, кто;
У сутенёров отбирали тёлок продажных, всё было схвачено;
Первые тачки были самыми удачными;
Жаль, что они оказались последними для многих из пацанчиков;
Улица была нам как мачеха, казалась заманчива;
Но, сколько она отобрала удачи, история умалчивает;
Мы её били ногами, она давала нам сдачи;
И я сейчас не про махачи;
Я помню всех до единого, дорогие мои, за всех молюсь;
За тех, кто рядом и тех, кого уже нету в живых;
Эти улицы заберут твой огонь;
Ей нужен твой огонь, твоя любовь.
